Кузькину мать на самом деле звали ВаняКомментарии: 20

Своим стремлением поучать и проучать всех и вся американцы известны давно. Иногда даже с помощью атомной бомбы - как японцев в Хиросиме и Нагасаки.

Конечно, это уже тогда многих в СССР раздражало. В том числе, разумеется, и в Кремле. Но «вождь всех народов» объяснить недавним союзникам преимущества хороших манер не успел. Хотя свою ядерную бомбу, точь-в-точь как американская, мы сделали в 1949 году. Да и доставить «посылочку» зарвавшемуся адресату не могли - скопированный с американской «Суперкрепости» бомбардировщик Ту-4 до Америки не дотягивал... А вот у Хрущева уже был и Ту-95 с дальностью 13 тыс. км, и термоядерная бомба РДС-6 мощностью аж в 400 тыс. т тротила. И ее испытания на Семипалатинском полигоне американцев подстегнули. В 1954 г. они взорвали на острове Элугелаб в Тихом океане термоядерную «Креветку». И остров исчез. Ну подумаешь: рассчитывали получить мощность в 6 млн. т тротила, а вышло 15 млн. т: дело-то новое, спешка, люди рвением горят, дейтерид лития замешивают, ошибочки завсегда возможны.

А тут еще разведка доложила «дорогому» Никите Сергеевичу, что за океаном ваяют бомбу Mk.4 в 25 млн. т. Ну он и не выдержал - а кто такое выдержит, - настучал в ООН ботинком по столу. Дескать, не заглушить вам голос народа, голос правды, который звучит и будет звучать. Конец, могила колониальному рабству! Долой его и похоронить его, чем глубже, тем лучше! А Джон Кеннеди в ответ: «Вашингтон будет противостоять любому врагу, чтобы обеспечить сохранение и успех свободы».

Изделие РН202

Ну наш генсек и пообещал показать Америке кузькину мать. И показал. Ее с осени 1954 г. делали в КБ-11 (в узких кругах известном как совесткий «Лос-Арзамос»). Не спеша делали: подходящего носителя под изделие длиной восемь метров, в талии - два и весом под 27 тонн все равно не было. А как только генсек приказал, так за 112 дней и доделали. И имя дали. Служебное - РН202 и человеческое - Ваня. Ведь первую советскую атомную бомбу нарекли «Татьяной».

Был «Ваня» трехступенчатым. Ядерный заряд первой ступени - триггер (мощность - 1,5 млн. т) - запускал термоядерную реакцию во второй ступени (мощность - 50 млн. т), а уж она вызывала деление ядер урана-238 в третьей ступени-облицовке (еще 50 млн. т). То есть общая мощность изделия составляла 101,5 млн. т - это 60 тысяч 30-вагонных эшелонов тротила! Такого количества взрывчатки не использовали за две мировые войны, вместе взятые. Испытывать бомбу решили на половинную мощность, без урановой облицовки, чтобы не завалить всю советскую Арктику и горячо любимых белых медведей (вместе с полярниками) радиоактивными продуктами взрыва.

Единственным самолетом, способным поднять «Кузькину мать» в воздух, был Ту-95. Но чертовка не влезала в бомбоотсек и наполовину торчала наружу! Пришлось снять его створки и сделать вырез в фюзеляже. На всякий случай машину покрыли белой светоотражающей краской.

Гриб в 67 киломеров

30 октября 1961 г. майор Андрей Дурновцев поднял тяжелую машину с ­аэродрома «Оленья» и повел над Баренцевым морем к мысу Сухой Нос на Новой Земле. Вслед за ним взлетел самолет-лаборатория Ту-16 и истребители сопровождения. А через два часа - как раз самолету подойти к расчетной точке - пропала связь. Не только с экипажем, а вообще. Ее не было почти час: «Ваня» сработал, да как! Мощность взрыва составила почти 58 млн. т, взрывная волна трижды обогнула земной шар, рев взрыва был слышен на Диксоне, почти за тысячу верст. Гриб поднялся на 67 км, а огненный шар имел радиус 4,6 км. Вот такой «трудовой подарок советских ученых XXII съезду КПСС».

А еще час спустя возвратились самолеты: бомбу сбросили на парашюте, и бомбардировщик успел уйти на 39 км, а самолет-лаборатория - почти на 54 км. Но краска на Ту-95 местами обгорела. Дурновцев взлетал майором, а приземлился подполковником. Через полгода он, штурман Клещ и командир Ту-16 стали Героями Советского Союза, а Андрей Сахаров - трижды Героем Соцтруда. Очень даже мирного. Взрыв застал США врасплох, показав, что Советский Союз имеет оружие сдерживания: «Кузькина мать» полной мощности способна была в одиночку испепелить какой-нибудь Род-Айленд или Коннектикут. А ушедший в запас в далеком теперь 1965 г. подполковник Дурновцев не раз в разговоре с друзьями вспоминал:

- Из-за толстоватого «Вани» у моего Ту-95 вырезали внутренние топливные баки. А без них до Америки разве долетишь?

- Не долетишь. 

- И ведь слава богу!