Мир несколько раз был на грани ядерной войны из-за ошибок компьютеровКомментарии: 17

В прошлом номере мы рассказали о полувековом юбилее испытания самой мощной бомбы в мире - наши называли ее «Кузькина мать», а американцы - царь-бомба. При подготовке этого материала наши журналисты натолкнулись на другие интересные факты, о которых решили сегодня рассказать.

Обычное ноябрьское утро 1979 года. Люди спешат на работу. И никто даже не догадывается, что от ядерной катастрофы их отделяют всего несколько минут... В подобных ситуациях мир оказывался не единожды.

«Апокалипсис из машины»

Тогда, 9 ноября, компьютеры трех американских командных пунктов оповестили операторов, что с территории СССР началась массированная ядерная атака. В воздух срочно поднимают перехватчики, межконтинентальные баллистические ракеты (МБР) готовят к запуску. До нанесения ответного удара оставались считанные минуты…

К счастью, радары и спутники никакой советской атаки не обнаружили. А последующая проверка нашла и причину чуть не случившегося апокалипсиса - в компьютер, стоящий на боевом дежурстве, загрузили учебную программу по отражению ядерной атаки. Только тогда никто не подумал, что учения идут...

Через год история повторилась. Опять на командных пунктах США высвечиваются сообщения о советских ракетах, готовится ответный удар. Только на этот раз компьютерная система сошла с ума - на экранах постоянно меняется число запущенных Союзом ракет. Приборы слежения атаку не подтверждают, мир вновь спасен. Виновницей тревоги стала сгоревшая микросхема.

Петров спасает мир

Советская сторона также имела все шансы стать «первой ласточкой» ядерной войны. Только «провокатором» в этом случае выступили не технические ошибки, а силы природы. В 1983 году наши спутники, следившие за местами размещения американских межконтиненталок с такого угла, что взлетающие ракеты (точнее, свет от их двигателей) стали бы видны на фоне черноты космоса, дали сигнал тревоги. Радары пока молчали - еще слишком далеко. Единственная информация - с континентальной части США стартовало несколько ракет.

Ситуация критическая. Недавно сбит южнокорейский «Боинг», отношения с США напряженные… Но дежурный, подполковник Станислав Петров, принимает решение перепроверить информацию. Волновался он ужасно - ведь ошибочное решение обошлось бы в миллионы жизней.

В итоге проверка подтвердила ложное срабатывание системы: солнечные лучи, отразившись от высоколежащих облаков, «имитировали» старт ракет. Естественно, потом в настройки спутниковой системы добавили защиту и от такой ситуации. А Петров в 2006 году получил в штаб-квартире ООН специальную награду за спасение мира.

За такими дверями правительство США собиралось пережить атомный апокалипсис.

Летят утки...

О критических ситуациях в более позднее время достоверных сведений нет. Все ограничивается легендами о стае уток, принятых за массированную атаку. Видимо, время рассказывать об этом еще не пришло. Известно лишь, что в 1995 году Борис Ельцин был крайне возмущен запуском норвежско-американской ракеты для изучения северного сияния. Мол, уж очень ее ­траектория оказалась похожа на полет ядерного носителя «Трайдент»...

Остается надеяться, что здравый смысл и прямая связь между главами ядерных держав не позволят развязаться войне из-за ошибки машины или хакеров, как это чуть было не случилось в старом, но до сих пор актуальном фильме «Военные игры».

КОММЕНТАРИЙ СПЕЦИАЛИСТА

Михаил ТИМОШЕНКО, полковник в отставке, военный эксперт: «У нас подобные ЧП случались ежемесячно»

- Понятно, что уменьшить число ложных тревог можно за счет совместного использования наземных и космических средств обнаружения. Спутник фиксирует инфракрасное излучение факела двигателя ракеты на фоне темного неба, сигнал сопоставляется с данными от загоризонтных радиолокационных станций.

С появлением головных частей индивидуального наведения со средствами прорыва ПРО задачка усложнилась, а вероятность ложной тревоги возросла. Во время опытной эксплуатации системы предупреждения о ракетном нападении «ложняки» случались ежемесячно: дежурные члены Политбюро глотали валидол пачками и требовали спороть со штанов виноватых лампасы. Систему «загрубили», исходя из того, что первый удар будет именно массированным. То есть на одиночный пуск система реагирует сигналом типа «внимание». Но никто не может гарантировать, что этот одиночный не повлечет высотный ядерный взрыв, тропосфера с ­ионосферой возмутятся и РЛС сойдут с ума, пропустив массовый старт. Вроде как здесь нас должны выручить спутники, но их должно быть на орбитах не менее 9. Столько их было с 1987 по 1996 год. Сегодня число спутников не более трети от необходимого, и мы видим территорию Штатов не более 12 часов в сутки, а районы базирования лодок с ракетами не видим вовсе.

По поводу же ответного удара... Считаем на пальцах: 5 - 7 минут - на обнаружение старта ракет и доклад на центральный командный пункт Генштаба, 10 минут - на размышления и консультации владельцев «ядерных чемоданчиков», до 6 минут - на проход команды на ответный удар через все инстанции, 1 - 2 минуты - на работу расчетов ракетных дивизий и пуск наших ракет. Остается 2 - 3 минуты до удара. В аккурат успеем налить последнюю рюмку.

Вот потому-то и была создана система «Периметр», она же «Мертвая рука», которая сама давала такую ­команду безо всяких людей. В 1995 году по Соглашению о сокращении наступательных вооружений (СНВ-1) система была снята с дежурства.